О трофеях и трофейщиках

Осенний вечерний лес в Дятловском районе Гродненской области выглядел не слишком приветливо, собственно он никак не «выглядел» потому что шли мы поздним вечером – следовательно было почти темно. Мы двигались по колее, оставленной лесовозами и ориентировались буквально на ощупь и по просвету темневшего осеннего неба, видневшемуся среди деревьев.

— Во, слухай! – шепотом сказал егерь Саша и поднял вверх палец. Мы остановились, я старательно прислушался. Вообще ничего не слышно кроме ленивого стрекотания сверчков и легкого шума листвы.

— Раве, – пояснил егерь. Кто там ревел я так и не понял, хотя пришли мы именно за этим: послушать рев благородного оленя и — если карты лягут как надо – добыть трофейного самца. 

Короткая преамбула

Объясню подробнее что мы делали под Дятлово. Я уже давно хотел съездить с охотником-трофейщиком поохотиться на крупных копытных в наших лесах. Загоном я не охочусь принципиально, а индивидуальная охота на оленя или лося, признаться, мне не по карману. А тут подоспел и повод хороший: совсем недавно группа охотников из нашей страны прошла обучение оценке охотничьих трофеев под эгидой Международного Совета по охоте и охране животного мира (CIC). В результате этого мероприятия 15 охотников из нашей страны получили звание Сертифицированного измерителя CIC. Среди них был и Дмитрий Богуш – наш сегодняшний собеседник и тот самый трофейщик с которым мы и отправились на ночь глядя в леса под Дятловым. То есть было решено совместить приятное с полезным – поохотиться, и заодно поговорить о трофеях и трофейщиках.

Персона

Дмитрий Богуш – человек в стране известный. Когда-то он был знаковой фигурой в банковской сфере страны, потом стал «простым бизнесменом». Сегодня он владелец парка ветрогенераторов – то есть производит экологически чистую электроэнергию для страны, также является совладельцем компании «Артхант» http://arthunt.by/ , которая занимается оказанием аутфитерских услуг, проще говоря – принимает в Беларуси иностранных охотников. Известен Дмитрий и как председатель «Сафари клуба» http://safariclub.by/ , который объединяет белорусских охотников-трофейщиков, а одно из последних его «детищ» — интернет-ресурс «Трофейная книга Беларуси» http://trophybook.by/ .

Охотится он с 1992 года. Ситуация появления охотничьей страсти неординарна. С малого детства он был сильно увлечен рыбалкой, но на совершеннолетие у него появилось ружье и документы – этому поспособствовала родная мать, в те времена в нашей стране такой вариант был вполне возможен. Материнское напутствие впору выводить в качестве заголовка: «Я не знаю насколько по душе тебе будет охота, но я точно знаю, что огромное количество вопросов решается именно на охоте». Долгим был охотничий путь Дмитрия, но в конце концов он пришел к трофейной охоте.

На охоте

Дмитрий – единственный наш стрелок, тоже, похоже уловил какой-то нужный звук, поэтому предложил пройти дальше в сторону рёва. Пока мы шли к заветному месту, совсем стемнело и до моего слуха стали наконец то доносится оленьи звуки. То слева, то справа, то прямо перед нами раздавались голоса перегруженных тестостероном самцов.

Вдруг, протяжный рев раздался настолько близко, что казалось, если бы не темнота, я точно бы увидел «исполнителя».  Однако и егерь, и стрелок его забраковали —  слишком высокий голос, следовательно, это не рев матерого быка, а зов молодого оленя, который только-только стал участвовать в этих «взрослых играх».

Дмитрий посмотрел в монокуляр-тепловизор и передал его мне. И точно — прямо перед нами, на поляне, метрах в пятидесяти, без опаски похаживал молодой олень с небольшими рожками. Зверь был очень занят – он сосредоточенно крушил рогами кустистый ольшаник. Звук стоял – что надо.

Хай шуміць, можа зараз хто-небудзь здаравейшы падойдзе, — прошептал егерь Саша.

После небольшого совещания было решено, что стрелок проходит немного вперед, оттуда вероятнее всего должен будет показаться олень, а мы с егерем отойдем назад по дороге метров на 150 и попытаемся подвабить рогатого. Расклад предполагался такой: олень не торопясь пойдет на голос соперника, роль которого играл Саша, и выйдет прямиком на стрелка.

Так что там с оценкой и оценщиками?

Отвлечемся от нашего плавного повествования и поясним читателю, почему столько восторженных разговоров ходит вокруг того, что какие-то наши охотники получили право и возможность оценивать трофеи. Об этом нам расскажет сам Дмитрий Богуш.

«Существует немало систем оценки охотничьих трофеев. Я слышал как минимум о четырех, но думаю их больше. Зачем нужны эти системы? Это способ сравнивать трофеи и выявлять среди них лучшие. Всемирное распространение получили две системы. Начнем с CIC (Международного совета охоты и охраны дичи) http://www.cic-wildlife.org/ которая зародилась в Европе в 30-х годах минувшего столетия. Она отличалась строгостью и консервативностью. В 70-х годах ХХ века в США родилась система SCI (Сафари Клаб Интернешнл). Стоит отметить, что американцы никогда не пользовались европейской системой оценки трофеев, у них было несколько своих способов, в результате слияния которых и появилась SCI. Чем же отличаются эти системы? По сути, американская система стимулирует охотников максимально путешествовать по всему миру, добывая трофеи почти на всех континентах. Здесь разработано множество различных наград, скажем добыча так называемой «Большой африканской пятерки» — это известная «фишка», разработанная как раз в системе SCI. Когда охотник включается в «Большую игру» SCI он вязнет по самые уши, я знаю, что говорю так как сам состою в Сафари Клаб Интернешнл https://www.safariclub.org/ .

Проще говоря, европейская система заточена под то, чтобы выращивать в хозяйствах копытных и отчасти хищников с выдающимися трофейными данными, американская призывает добывать разных животных в разных странах.

Заметное отличие американской от европейской систем оценки трофеев также в том, что в последней присутствует значительная доля субъективного мнения эксперта-оценщика. Именно поэтому в CIC уделяется огромное значение подготовке и сертификации экспертов.

— Отлично. Если я добуду трофейного зверя, то могу прийти к тебе, ты его оценишь выдашь мне трофейный лист. И этот трофейный лист формально будет считаться выданным CIC? Я правильно понял?

— Да всё верно.

— Во сколько мне обойдутся услуги белорусского оценщика?

— Я не могу говорить за всех экспертов. Но что касается меня, то года 2 назад я запустил интернет-проект под названием «Трофейная книга Беларуси» http://trophybook.by/ . Основная цель и идея проекта – собрать в одном месте все трофеи наши страны с оценкой и привязкой к местности, где они добывались. Это уникальный ресурс для всех: для нашей науки, для иностранных охотников, которые могут выбрать место охоты исходя из качества трофея, а также для белорусских туроператоров, оказывающих аутфитерские услуги. Трофеи в «трофейной книге» имеют привязку только к местности, вне зависимости от ведомственной принадлежности хозяйства, где они были добыты. Я искренне заинтересован, чтобы эта книга пополнялась новыми трофеями , поэтому оказываю свои услуги как эксперт CIC бесплатно. Все что было сделано в рамках этого проекта было сделано за мой счет и за счет компании «Артхант».

На охоте

Егерь сталь протяжно реветь в большой рог какого-то быка, который использовали в качестве вабила. Дул он старательно, но не впечатляюще. В потемках, он видимо смог разглядеть скептическое выражение на моем лице поэтому сказал:

— Вось так і трэба рэўсці. Па-просту, а не тое што яны там на сваіх спабоніцтвах паказваюць.

Действительно, разница практического вабления с «фестивальным» и «соревновательным» заметна была очень сильно.

Ну в этом месте мы задержались не на долго. Матерые самцы реветь-ревели, но так и не подошли, несмотря на двойные старания: с «нашей стороны» выступал, ведь, не только егерь Саша, но и молодой олень, неподалеку от которого и расположился стрелок.

Во время легкого ужина на капоте, провели небольшое рабочее совещание. Было решено объехать несколько знаковых мест и доверится своему слуху. То есть, слушать рев, который доносился теперь уже со всех сторон и действовать по ситуации.

И снова — теория

«Следует сказать, что охотоведенье советского периода, в части отношения к оценке трофеев, базировалось на европейской системе CIC, — продолжал свой рассказ Дмитрий Богуш. — Поэтому белорусская система измерения трофеев – прямой наследник советской — также имеет много общего с CIC. В свое время нас этому учил и втянул в этот дело – Владимир Георгиевич Зубко. Он измерял мои первые трофеи, когда я был молодым охотником. Именно он создал своего рода «трофейную базу» в нашей стране. Логичным продолжением этой деятельности стало создание «Трофейной книги Беларуси» и упомянутое обучение наших экспертов. Кстати, хочу поблагодарить РГОО «БООР» и лично Юрия Шумского за то, что была проявлена инициатива, приглашены европейские специалисты и был проведен семинар, результатом которого стали 15 отечественных экспертов по измерению и оценке трофеев, один из которых – ваш покорный слуга.

О чём ревет олень

Где-то к середине ночи я стал четко по голосу определять примерный возраст ревущего рогача. Голос может быть задорным и высоким у молодого оленя, он может быть спокойным и низким. А у матёрого быка, тело которого буквально распирает от гормонов, он может быть подобен львиному рыку накрывающего всю округу.

О чем ревет осенний олень? Если б я был натурой романтичной, то непременно написал бы «о любви», но мы пойдем другим путем. Гонный олень «поёт» не столько о любви, сколько о сексе. Еще в его реве масса другой информации и предназначена она отчасти самкам, дескать: «подходи-торопись я красивый и отважный», но и для самцов: «вали отсюда если не уверен в себе, ну а если силен и смел, то выходи, посмотрим кто из нас круче».

Белорусская Серенгети

Как вы понимаете – я далеко не впервые попал на ночную охоту, но каждый раз в белорусских угодьях меня поражает обилие дичи. Впрочем, его можно разглядеть только ночью, только на полях, примыкающих к лесу и только в тепловизор. Когда смотришь в теплик, то невольно вспоминаешь кадры канала Энимал Плэнет или программу какого-нибудь Дискавери про африканскую саванну. Впечатление ровно такое же. Вот пасется стайка из семи оленух во главе с двумя самцами. То здесь, то там по полю разбросаны точки пасущихся косуль общим числом до семи голов, недалеко два пасущихся зайца, а вон по своим ночным делам по полю побежала лисица.

То есть зверья реально много. Но вот что-то резко изменилось: косули вдруг все разом бросили щипать траву, подняли головы в нашу сторону и натопырили свои уши-лопухи, егерь Саша чуть слышно матюкнулся у меня за спиной, а олени неторопливо потрусили к ближайшему лесу. Это ветерок, до этого дувший от оленей на нас, вдруг поменял свое направление на прямо противоположное и донес до зверей наш запах – запах врага.

Но как говорится в том анекдоте: «не очень-то и хотелось» — все равно среди всего этого разнообразия не было того, кого мы искали – трофейного рогача.

Что делать с мясом?

— Уверен, что задам сейчас вопрос, который волнует подавляющее большинство наших читателей, — сказал я, обращаясь к Д. Богушу — с начала сезона, то есть с 15 мая, ты добыл что-то порядка пятнадцати косуль, пару оленей и лося. Трофеи — это хорошо, про трофеи теперь все понятно, но добытый зверь — это же ещё и мясо. Причем много мяса. Что с ним?

— Прямо скажу – «мясной фактор» это одна из тех вещей, которые часто удерживают меня от того, чтобы нажать на спусковой крючок. То есть, этот фактор заставляет очень придирчиво относиться к трофею и стрелять только в том случае, если я точно знаю: он мне нужен. Ну а с мясом все довольно просто: моя семья ест только мясо из леса. Мои друзья едят много дичи, егеря что обслуживают меня тоже едят это мясо. Кстати, вспомнил один интересный факт: у меня был друг, к сожалению, его уже нет в живых, он был бизнесменом и занимался продажей ветеринарных препаратов для крупных птицеводческих хозяйств, так вот, он никогда не ел магазинную курятину, предпочитая мясо из леса. На вопрос «Почему?» он всегда отвечал: «Просто я знаю, что я продаю». То есть выводы делай сам.

Самые-самые

— Расскажи о своем самом ценном трофее.

— Сложно что-то выделить. Бывают трофеи выдающихся трофейных качеств, но в эмоциональном плане – ноль. Но десятка два ценнейших, с точки зрения переживаний и воспоминаний, трофеев есть. Причем, когда я на них смотрю, я отчасти снова переживаю то эмоциональное состояние, в котором пребывал в момент добычи зверя. Поэтому еще одна ценность трофея для владельца – это своего рода психологический «якорь», позволяющий многократно переживать те же эмоции, что во время той памятной охоты.

— Ну вспомни что-нибудь.

— Да пожалуйста. Лежит на почётном месте у меня трофей медведя. Вспоминаю как я босиком, в одиночку подходил к этому медведю в густых зарослях. Вот это были эмоции, вот это адреналин! Учитывая то что у меня не было тогда ещё никакого опыта охоты на медведя.

— Босиком? Ну так давай же подробности!

— ОК. Пригласили меня во Владивосток поохотиться на белогрудого медведя на овсах. Охота предполагалась не очень сложная – с лабаза. Видел бы ты тот лабаз! Комфортабельная кабина на вышке. Ни ветер не дует, ни дождь не мочит. То есть, по сути, металлический дом, обшитый внутри ковролином, со стеклопакетами и всяким таким. Открыл окошко и стреляй.

Но когда я залез на эту вышку, увидел море того овса, под которым медведь полностью скрывается, я просто не понял, как его здесь стрелять – не видно же вообще ничего.

А оказывается оно вот как всё происходит: мишка он же когда кормится, ему нужно периодически осматриваться. А для этого он становится на задние лапы и пару секунд крутит головой по сторонам. Вот в течение этих секунд нужно обнаружить цель, прицелиться и выстрелить.

Ну отсидел я вечер на этом лабазе, даже медведя видел, как и предсказывали – пару секунд – выстрелить, конечно не успел. Карабин у меня был хороший Blaser .300 Win Magnum но прицел с особенностями – сетка у него мерцала, как говорится – «то потухнет, то погаснет» — стрелять предполагалось, когда она загорится. То есть нужно было не только поймать момент, когда медведь поднимется, но и поймать момент когда перекрестье загорится и лучше бы чтоб два этих момента совпали.

По дороге с вечерней охоты мы проезжали овсяное поле, на которое егерь обратил мое внимание. Тем более, что ветер был «правильный» — на нас. Егерь предложил выйти из машины и попробовать пройти это поле, в смысле поискать медведя. Кстати, в отличие от кабана, который на поле ведет себя хаотично (именно поэтому кабаньи потравы могут выглядеть катастрофически) медведь садится на одном месте и не торопясь объедает все вокруг себя.

Прошлись мы по этому полю – вокруг слышны были характерные звуки кабаньей пирушки – зашли за поворот колеи, оставленной УАЗом, и я слышу – здесь зверь. В отличие от кабаньего чавканья и треска клыков, мы услышали эдакое чавканье с присвистом – то есть это точно был медведь, жирующий на овсе. Причем звук шел ровненько с колеи, по которой мы шли. Егерь знаками мне подсказал – подходи, дескать, один. Я снял ботинки и в одних носках – чтобы не подшуметь зверя — пошел вперед. Прошло немного времени, когда я стал в ночной прицел различать силуэт непонятной для меня формы – в виде равнобедренного треугольника. Я вроде бы как и понимаю, что это зверь, но никак не врублюсь как именно он стоит, или сидит, где здесь что, куда стрелять. Пикантности в эту ситуацию привнес и мой ночник, перекрестие которого иногда загоралось и погорев совершенно непредсказуемое время, тухло. Потом через случайное количество секунд загоралось снова и опять тухло. И вот держа в прицеле этот равнобедренный треугольник, представлявший собой неведомую часть тела зверя, я стал осторожно к нему приближаться. Прошел еще шагов 10 до тех пор пока вся эта темная масса не закрыла полностью видоискатель прицела.

— Промазать сложно!

— Промазать сложно, но ты вообще не понимаешь куда стреляешь! Более того ты, ведь, только предполагаешь, что это медведь! Но вдруг, я слышу громкое «уханье», вижу шевеление, и в мою сторону поворачивается голова медведя. В окуляре это выглядело так: огромная башка с двумя лопухами-ушами на всю площадь изображения и два горящих глаза. И тут, к моему счастью, загорается сетка прицела. Я ловлю в перекрестье лоб зверя и жму на спусковой крючок. Выстрел и тишина…

Потом сзади подошел егерь. Мы решили не идти напрямую к медведю, а обойти место встречи и зайти с другой стороны. Когда подошли, увидели огромный медвежий зад и лапы. Зверь был взят, но скольких эмоций мне это стоило!

Егерь стал восхищаться, что дескать, огромный медведь. Я сначала подумал было, что он так цену трофею набивает, но потом действительно оказалось, что под выстрел попал не белогрудый медведь, а бурый. Причем огромный.

У нас и у них

Дмитрию удалось много поездить с охотничьими экспедициями по нашему континенту. Охотился он в России, Кыргызстан на барана Марко Поло и козерога. Азербайджан запомнился ему большой, физически изматывающей, многодневной охотой на дагестанского тура.

— Горные охоты стоят особняком от всех остальных. Здесь нужен долгий и обстоятельный разговор, поговорим как-нибудь, — поделился Д. Богуш.

— В европейских охотах запомнился в первую очередь грамотнейший персонал и егерское обслуживание. В частности, с этим мне подробно удалось познакомиться в Словакии. Я тогда впервые столкнулся с очень упорядоченной и четко регламентированной охотой. Мы пытались добыть оленя на реву, охоты проходили в Татрах, в горных лесах. По сути это чистые боры, заросшие высокими елями, причем без нижних веток. Не знаю особый ли это вид ели, словаки называют её смрэк. Леса далеко просматриваются и хорошо простреливаются. Тогда мне не удалось поохотиться так как те олени, которых мне предлагали стрелять, были по сути селекционной выбраковкой, а я вроде бы как приехал на трофейную охоту.

Но один раз на нас вышел потрясающей красоты олень! Что скажет наш егерь глядя на оленьи рога в бинокль? А он скажет примерно так: «Ну я думаю кило 8-10 будет». А что скажет егерь словацкий? Мне он тогда сказал: «Олень возрастом 8 лет, думаю рога потянут на 190-192 балла CIC». Но тут вышла незадача — стрелять им можно зверя только старше 12 лет. Следовательно, этого зверя стрелять было нельзя. А у нас как? Бабки платишь? Олень понравился? Вали.

На охоте

И снова переезд. Мы опять стоим в лесу и внимательно слушаем рёв оленей. Впереди брошенная деревня. Среди проступающих на фоне ясного звездного неба коньков крыш, олений рёв, раздающийся совсем-совсем близко – откуда то с деревенской улицы или брошенного огорода — слышится как-то жутковато. Однако рогатый не дает себя нормально рассмотреть. Видно, что это крупный самец, но видимо, мы были не слишком осторожны, потому что зверь начинает удаляться и в конце концов растворяется среди кустов, деревьев и строений.

Но рев в самом разгаре, мы слышим голоса еще как минимум трех зверей, но к ним нужно подходить метров 400-500. Ну что ж, мы готовы. Выстроившись гуськом – стрелок впереди, я замыкающим, начинаем предельно осторожно идти в сторону самого мощного, самого брутального рёва. Вдруг слева слышим возмущенное хрюканье оленихи – оно раздаётся совсем близко! Посмотрели в «теплик» — так и есть – стоит красотка метрах в 30 и «харкает» возмущенно в нашу сторону – мы и не заметили, как небольшой ветерок поменял направление и дунул от нас в сторону оленей. Теперь дело обстоит так: мы идём, а она сопровождает нас неподалёку и облаивает на своей оленьей «матрщине», предупреждая о появлении людей всех зверей окрест.

Мои берцы – чёрт бы их побрал – вызывающе скрипят в этой тишине, однако скоро перестают – после того как с сухой тропы мы заходим в болото и идем в воде по щиколотку, они безнадёжно промокают и больше не издают никаких звуков.

Стрелок останавливается и знаком останавливает нас.

— Подреви негромко минут через 5 – говорит Дмитрий нашему егерю и уходит вперёд водиночку, оставляя нас стоять в болоте.

Теперь я замечаю, что о непосредственной близости гонных оленей говорят не только их голоса, но и резкий мускусный запах. То есть, мы подобрались к зверям вплотную.

Егерь заревел. Совсем рядом ему ответил резкий, с хрипом, голос самца. Мы замерли и приготовились услышать выстрел, как логическую точку всему нашему сегодняшнему мероприятию. Но выстрела не было.  Мы подождали еще минут 20, а егерь Саша на всякий случай издал ещё один тоскливый низкий рёв. После этого мы услышали чавканье чьих-то шагов по болоту, направляющихся прямиком к нам. Это был Дмитрий.

— Я держал его в перекрестье прицела метрах с 30. При желании он лёг бы где стоял, но я решил пусть еще погуляет пару лет – рога красивые, отростков много, но легковаты, на мой взгляд, — объяснил стрелок.

Так и закончилась наша охота. На часах было 6 утра. И пусть кто-нибудь скажет, что она была неудачной.

Фото из личного архива Дмитрия Богуша

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *